Cheb's Home Page
 
 
 
Orphus system

Cheb's Home Page

Главная
Cheb's Game Engine Косметическая подтяжка Quake II
Штошник на ушах
 

 

Ранма 1/2 - собственность Румико Такахаси. Права на публикацию принадлежат Viz на территории США, Shogakukan на территории Японии и Сакура-пресс на территории Российской Федерации. Сэйлормун - собственность Наоко Такеучи. Права на публикацию принадлежат Kodansha Ltd. на территории Японии и Mixx Entertainment на территории США. Моя цель - почтить этих создательниц и их работы. В мои намерения не входит нарушать авторские права.

***

Этот храм не был единственным в Дзюбане, не был он и самым большим, самым посещаемым или даже особенно важным. Роща деревьев и небольшой подъём заслоняли храм и прилегающие постройки от близлежащей улицы. Во дворе храма, медитируя, сидела юная мико. Длинные красновато-чёрные волосы ниспадали с её головы, обрамляя обманчиво спокойное лицо. За её закрытыми глазами беспорядочно метались мысли, пытаясь найти смысл... в безумии... в жизни молодой пары, и сумасбродных людей, вызвавших его.

Хино Рей вернулась домой разгневанная произошедшим. Попытка её друга Ранмы примирить мать с собственным положением встретила неудачу. Даже поддержка самых могущественных супергероинь мира не убедила мать семейства Саотоме освободить Ранму от клятвы, данной им в пятилетнем возрасте. Теперь, похоже, Ранме и его невесте Аканэ придётся дальше жить без материнской любви и поддержки. В конце концов её взбаламученные эмоции пробились на поверхность - она нахмурилась, задумавшись, стоила ли хоть чего-нибудь любовь этого позора материнского рода. Наконец, Рей нашла покой, изгнав все воспоминания о Саотоме-сан, отвергающей собственное дитя. Ранме и Аканэ сейчас были нужны друзья, не мстители. Волна покоя прокатилась обратно, смывая выражение гнева с её лица.

Продолжая медитацию, Рей гадала, есть ли способ усилить связь между Ранмой и Аканэ. Внезапно покровы, скрывавшие ответ, пронзила вспышка вдохновения. Мико вернулась в физический мир, получив от духовного искомую подсказку.

Поспешив внутрь, она набрала на телефоне номер Ами.

И нетерпеливо ждала, когда же на звонок ответят.

— Алло?

Ответила мама Ами. Рей надеялась, что её подруга дома.

— Это Рей, Ами-чан дома?

Она была дома!

— Спасибо!

— Алло, Ами-чан? — Она дождалась ответного приветствия подруги.

Волнение на её лице усилилось.

— У меня только что возникла великолепная идея, не можешь прийти в храм?

— Отлично! Увидимся! — Рей с облегчением повесила трубку, и стала ждать подругу.

Сэйлор Ранко

Написано Кевином Д. Хаммелем (e-mail, веб-сайт).

Глава шестая
Дважды за вечность

Молодая женщина с коротко стрижеными чёрными волосами шла по незнакомому уголку Нэримы. На лице юной воительницы проявилось мрачное выражение, когда она приблизилась к дому Саотоме. Когда Ранма в первый раз рассказал ей, как мать отвергла его, Аканэ чуть не бросилась сюда в ярости. Прошлая Аканэ так и поступила бы, но не нынешняя. «Тётушка» Саотоме стала близка Тендо Аканэ и её «кузине» Ранко. Как она могла так с ними обеими поступить? Клятва Саотоме Генмы была просто смехотворной - жалкая попытка вытянуть сына у его матери. Ещё более нелепым было утверждение, что клятва нарушена.

Аканэ с улыбкой оглядела простое кольцо на своём пальце. Месяц, проведённый ими в мире Джедайта, доказал, что Ранма - единственный для неё, хоть он и был всё это время девушкой. И вот, наконец-то, Аканэ стала с Ранмой на одну ступеньку в Искусстве. Она смирилась с тем, что никогда не станет равной ему, но, наконец, могла тренироваться со своим женихом зная, что оба делают это в полную силу. На её лице расцвела улыбка, когда она вспомнила чудесное, страшное, грязное и волнующее приключение, через которое они прошли рука об руку. И доблесть, которую она нашла в себе к его завершению. Улыбка Аканэ слегка потускнела, когда она поняла, что роль Ранмы как Сэйлор Сан создала между ними новую пропасть, но для сведённой звёздами пары жизнь никогда не была простой.

Когда она подошла к дому Саотоме, улыбка потускнела ещё дальше. Аканэ сделала несколько вдохов, чтобы успокоиться. Гнев всё ещё был её врагом, особенно теперь. Улыбка вернулась, она подошла к двери, полная надежды на примирение. Нодока каким-то образом забыла, как любить собственное дитя. Тот факт, что Аканэ потеряла свою мать больше десяти лет назад, лишь укрепил её решимость. Она должна суметь, ради Ранмы и ради себя.

***

Ами вышла из автобуса и пошла по улице ко входу в храм, где жила Рей. Она гадала, с чего её подруга была такой возбуждённой. Не может это быть как-нибудь связано с тем, что произошло с матерью Ранмы?

Всего несколько минут спустя они уже слетали вниз по ступенькам, спеша поймать автобус. Чтобы сделать видение Рей реальностью, им потребуется немалая помощь.

***

Аканэ неуверенно разглядывала кнопку у двери. Боец, державшийся против трёх йома в их собственном мире, не побежит от какого-то квадратного сантиметра пластика! Она нажала кнопку, вызвав звуки скрипящих половиц, когда к двери проследовали неуверенные шаги.

Нодока открыла дверь, и подавила судорожный вздох. Она видела Тендо Аканэ раньше, но никогда - такой, как сейчас. Когда она прошлый раз наносила визит в дом Тендо, «тётушку» Саотоме приветствовала миленькая школьница, слегка размякшая от соблазнов городской жизни. Сейчас в дом Саотоме пришла воительница - по-видимому, чтобы отмстить матери, недостойной называться матерью. Нодока поклонилась:

— Входи, Аканэ.

— Благодарю... Саотоме-сан — Аканэ прошла на несколько метров внутрь, с силой и изяществом, каких Нодока никогда не видела в ней раньше. Юная воительница обернулась, на лице её - ни следа той ярости, что ожидала увидеть Нодока. — Нам надо поговорить.

Наконец-то Аканэ смогла как следует рассмотреть мать своего жениха. Часы после ухода Ранмы не были для той добрыми. Глаза её покраснели, а по лицу пролегли припухшие дорожки от слёз.

— Садись, Аканэ. Могу я спросить, почему ты пришла? — спросила Нодока безжизненным голосом. Похоже, сама душа её была смыта слезами.

Обе женщины сели, и молчали несколько минут. Наконец, заговорила Аканэ:

— Саотоме-сан... как вы могли так поступить с Ранмой?

Нодока закрыла глаза, затем поднялась и покинула комнату. Аканэ слышала, как металл царапает о металл, затем та вернулась, неся небольшую металлическую чашку. Поставила её на колени Аканэ, и, не сказав ни слова, вернулась на своё место. На её опущенном вниз лице было невозможно ничего прочесть.

Аканэ поглядела в чашку, и увидела жёлто-коричневый пепел, оставшийся от листа бумаги. Теплота и безошибочно чувствовавшийся запах дыма сказали ей, что огонь лишь недавно поглотил документ. Аканэ очень хорошо знала, что там было написано. Она подняла взгляд от чашки, луч надежды мимолётно сверкнул сквозь её самоконтроль:

— Что это?

Нодока заговорила... глядя вниз, на собственные стиснутые руки, а не на невесту сына:

— Аканэ, всё последнее десятилетие моей жизнью управляло содержимое этой чашки. Сегодня эта бумага последний раз ослепила меня словами о чести. — Она, наконец, подняла взгляд. — Клятвы, данной моим мужем, больше нет, любовь победила честь в моём сердце. — Она закрыла глаза, опустив голову. — Но прежде, чем её не стало... она сегодня стоила мне Ранмы. Я увидела его... первый раз за десять лет... и отвергла его. Без него я - не мать... Я – никто.

— Саотоме-сан! — воскликнула Аканэ, потом умерила голос. — Вы всегда будете матерью Ранмы, Вы дали ему жизнь. — Она поднялась, и встала перед старшей женщиной. С улыбкой она подняла лицо Нодоки за подбородок, порадовавшись, что не встретила сопротивления. — Для меня вы - всё ещё тётушка Саотоме. Вы сегодня совершили страшную ошибку, и нелегко будет всё исправить. Но вы сможете, и я помогу... если это не помешает моим отношениям с Ранмой. — она скосила взгляд на свой палец с кольцом.

Нодока проследила за взглядом Аканэ, и увидела окончательное доказательство мужественности своего сына.

— Я попробую, Аканэ.

***

Двоица в автобусе скоро стала четвёркой - Минако и Макото подсели по пути. Телефонный звонок Рей привёл на остановку шестнадцатилетнюю девушку со светлыми волосами, забранными в два длиннющих хвоста, и её чёрную кошку, Луну. После катастрофической попытки Ранмы примириться с матерью, внутренние Сэнси разошлись по домам - лишь для того, чтобы спустя короткое время вновь собраться, по вызову Рей. Теперь все пятеро девушек собрались у Усаги.

Усаги, как лидер группы, заговорила первой:

— Ну, Рей-чан, зачем ты нас так спешно созвала? Мы только-только вернулись, и я всё ещё не отдохнула как следует после этой беготни по разным мирам — сказала она, подавляя зевок.

Рей серьёзно ответила:

— Ну, у меня возникла чудесная идея, но чтобы она сработала - без одобрения Лунной Принцессы не обойтись...

***

Аканэ шла все несколько кварталов от станции до дома с озабоченной улыбкой. Больше она ничего не могла сделать для воссоединения. Следующий ход - за тётушкой Саотоме. Та сделала огромный шаг вперёд, когда сожгла клятву... Поймёт ли Ранма - насколько огромный?

***

Луна выглядела настолько озабоченной, насколько это вообще возможно для кошки:

— Но Рей, последний раз это было тысячу лет назад, и они все были из знати планет Королевства!

Рей нахмурилась, глядя на кошку:

— А храбрость и мастерство что, ничего не стоят? Погляди на Сэйлор Сан: ОНА-ТО из простонародья.

Усаги отстранённо заметила:

— Её даже не произвели в Сэнси пока она не пожертвовала жизнью, — и слегка улыбнулась, прежде чем продолжить, — Но её возрождение показывает, что она стала истинной Сэйлор Сэнси.

Рей улыбнулась:

— Показывать-то показывает... но лучше быть живой Сэнси, чем мёртвой героиней.

Луна ответила:

— Мы не представляем себе всех опасностей, даже если оставить в стороне кандидатку, которую ты представляешь, Рей. Кроме того, планет больше не осталось. В конце концов, Земля-то - основа силы Эндимиона!

Ами оторвала взгляд от компьютера, по клавишам которого яростно стучала всё время разговора:

— Но в Солнечной системе полно миров и помимо главных планет... — Выражение её лица чуть погрустнело. — И уйма из них - больше Меркурия. Поглядите, какие я подыскала!

***

Никогда ещё лист бумаги не был таким пустым, таким пугающим. Взяв перо, Саотоме Нодока начала изливать слова на бумагу. Это была отчаянная попытка вложить в письмо свою душу, но другого пути у неё не было. Она не верила, что сможет снова посмотреть сыну в лицо. Возможно, словам удастся перебросить мостик через пропасть, созданную её бездумием.

Прошли часы - или это были минуты? Краткий взгляд наружу, в сгущающуюся тьму, показал, что верно первое. Матриарх ещё раз пробежала глазами письмо. Оно говорило обо всём, что она чувствовала, обо всём, о чём должно было. Оно было готово. Печать её ханко подвела черту. Пока она сворачивала лист, несколько капель упали на него, выдавая её эмоции, бурлящие за фасадом самоконтроля.

Нодока подошла к бюро, и достала два конверта. Она адресовала оба «Ранме». В один она поместила недавно завершённое письмо. Слёзы высохли, оставив едва видимые свидетельства состояния её души. В другой она ссыпала холодный пепел документа, о котором должна была забыть ещё годы назад - надеясь, что сын поймёт, получив остатки недействительной теперь бумаги.

Мать Ранмы заклеила конверты, и поставила свою печать. Она никому не доверит их доставку. Взгляд на часы показал, что у неё достаточно времени, чтобы отнести их в дом Тендо.

Автобусная поездка в несколько километров казалась бесконечной. События, столь недавние, вспоминались ей снова и снова. Она плюнула под ноги собственному сыну, не желая слушать никаких объяснений. Она приняла решение в одну секунду. И так же внезапно её сердце было разбито, когда она услышала, что произошло на самом деле, сначала от одной из Сэйлор Сэнси, затем от юной воительницы, которую Ранма возьмёт в жёны.

Столь глубокими и болезненными были её воспоминания, что она пропустила свою остановку. Нодока остановила автобус, и пошла назад, к остановке, и немного дальше, к дому Тендо.

На звонок вышла молодая женщина, хорошо знакомая Нодоке - Касуми. Молодая матриарх моргнула, затем улыбнулась гостье:

— Добрый вечер, тётушка. Что привело Вас сюда? — в её голосе чувствовались жёсткость и некоторое напряжение, что было для неё необычным.

Нодока на мгновение закрыла глаза, собираясь и выдавливая слёзы из-под плотно зажмуренных век. Открыв свои покрасневшие глаза, она резко протянула два конверта.

— Пожалуйста убедитесь, что Ранма их получит, Касуми-сан.

Касуми с небольшим поклоном приняла конверты.

— Конечно, тёт... Саотоме-сан. Ранма и Аканэ сейчас здесь, если хотите их увидеть... — она умолкла, увидев, что Нодока мучительно заколебалась.

— Нет... Спасибо. — Нодока поклонилась последний раз, повернулась и ушла. Ей понадобилась вся сила воли, чтобы не сломаться. Она держалась, пока не вернулась домой. Рухнув на футон , она гадала, вернётся ли к ней когда-нибудь самоконтроль. Вернётся ли когда-нибудь ОН... домой.

***

Касуми вошла в жилую комнату, и подошла к мату, на котором сестра сидела вместе со своим женихом:

— Ранма?

— А, Касуми! Так кто там приходил?

Прежде чем продолжить, Касуми задумалась:

— Тут для тебя письма. Не хочешь ли посмотреть?

— Ну, да... Наверно. — ответил Ранма, принимая два конверта. Оба были адресованы ему, только по имени.

Он распечатал первый, вытащив документ со следами высохших слёз. Развернул эту бумагу, и начал читать. По мере чтения на его лице проявился гнев, затем быстро исчез.

Аканэ озабоченно поглядела на жениха:

— Что не так, Ранма? Что там написано?

Дочитав, Ранма протянул документ той, что была едина с ним душой - она тут же начала читать.

Ранма,

Просто невероятно, как одно мгновение гордыни может повести за собой годы, если не целую жизнь, страданий. Жизнь, основанная на законах чести, может с лёгкостью рухнуть, если хоть на мгновение забыть истинное значение этого слова.

В своей жизни я совершила две страшных ошибки. Первой стало согласие принять от твоего отца эту клятву. Вторую я совершила сегодня, позволив этим словам на бумаге, комментарию репортёра, и моей собственной упрямой гордыне, ослепить меня.

Зная тайну, которую ты был так добр разделить со мной этим утром, я не буду здесь говорить об этом. Но скажу тебе, что я чувствую. После того как ты и девять твоих подруг ушли, одна задержалась. Она рассказала мне истинную историю твоей любви к Аканэ, и на что ты пошёл ради спасения её, и нашего мира. Мой мир, моя жизнь рухнули, когда рассказ был закончен.

Я слишком поздно поняла, насколько же мужчиной ты стал, и храбрым и любящим. Сын, которым я могла бы гордиться, но которого потеряла из-за собственной гордыни. Представь себе, что твоё собственное дитя забирают на десять лет, и затем ты теряешь его навсегда из-за собственных упрямства и невежества.

У меня сегодня была ещё одна гостья, не буду упоминать её имени, но упомяну, что она открыла мне новый взгляд на недавние события. Она показала мне, чему научилась сама: физический пол не имеет значения для сердца и духа «Мужчины из мужчин».

Я больше не буду судьёй тебе или твоему отцу, Ранма. Документ, разрушивший мою жизнь, ты найдёшь во втором конверте. Он был первой вехой на моём пути в пропасть, но больше ему не ослепить меня. Я готова поступить, как диктует честь, если такова будет твоя воля. Я - никчёмная мать, теперь это ясно. Я полностью готова, если надо, искупить свои ошибки кровью, чтобы восстановить честь.

Я смиренно прошу тебя о прощении. Я лишь хочу чтобы ты вернулся. Я умоляю тебя, Ранма, дай мне шанс быть твоей матерью. Всё, чего я прошу - это шанса начать всё с начала. Знай, что даже если это невозможно, я умру счастливой. Я очень горжусь своим сыном.

Твоя мать, — и отпечаток ханко в самом низу.

Аканэ оторвалась от бумаги чтобы взглянуть на Ранму, который открыл второй конверт, найдя там уже знакомый ей пепел. Ранма закрыл конверт и погрузился в раздумья. Аканэ легко поцеловала его в щёку:

— Ранма... пожалуйста, скажи мне, о чём ты думаешь.

— Не знаю я, о чём думать. Ещё пять минут назад я бы её просто выбросил из головы. А теперь... Не знаю... — он на мгновение закрыл глаза, потом открыл их, неожиданно поняв. — Это ж ты была, а, Аканэ? Это ты к ней заходила, да? Зачем?

Аканэ поглядела в прекрасные синие глаза своего жениха:

— Потому что, Ранма.. Потому что твоя мама заслуживает ещё одного шанса... Я... Я хочу, чтобы она была с нами, ради нас, ради наших детей. Моя... моя мама уже не сможет. — Аканэ на мгновение закрыла глаза, затем продолжила: — Но я сказала ей, что ты - первый в моём сердце. Если ты не желаешь её видеть...

— Мне надо подумать, Аканэ. Я не собираюсь быть как она, и говорить прежде, чем подумаю. Хотя мы, Саотоме, в этом мастера. — он мимолётно улыбнулся любимой. — Спасибо, Аканэ. — Он задумался, затем продолжил: — Может быть, мне надо и ещё кое-кому сказать «спасибо»... — он поцеловал её в лоб. — Прости, Аканэ. Я должен идти к ней один.

— Я... я понимаю, Ранма.

«Дела Сэнси», добавила про себя Аканэ, гадая кто была та, вторая, упомянутая в письме — Ну пока, увидимся в Дзюбане.

— Ну, да. — сказал Ранма, возвращая письмо в конверт, затем направился к двери.

***

Мысленно повторив ту сцену с матерью, Ранма отлично понял, что за Сэнси вышла против неё. Его ближайшими друзьями в группе были Ами и Рей. Он сомневался, решилась бы Меркури пойти напролом - а вот Марс могла, да ещё как. Он вспомнил то письмо, испещрённое пятнами от слёз. Что Сэнси сказала матери? Знакомый вид за окном оторвал его от раздумий. Приближалась его остановка.

Рей занималась рутинными делами по храму, когда увидела Ранму, с озабоченным видом поднимающегося по ступеням. Он поприветствовал её серьёзным выражением на лице, и вытащил из конверта письмо:

— Эй, Рей! Мне надо с тобой об этом всём поговорить.

Юная мико нахмурилась, она вспомнила как последний раз видела Ранму у дома его никчёмной мамаши:

— Что, Ранма? Только не говори, что эта придурошная тебя достала!

Ранма просто отшатнулся:

— Рей, не называй маму придурошной. Подумай хотя бы, через что она сегодня прошла.

— Через что она прошла! А ты как же? Она в тебя плюнула! Она же взаправду хотела, чтоб ты себя УБИЛ! Да если... если б она... была здесь... я б её... — Гнев лишил Рей дара речи, лицо её покраснело.

Ранма резко протянул ей бумагу:

— Прочти это. Мама только что написала.

Рей выдернула бумагу у Ранмы из рук, в спешке чуть не порвав. По мере чтения её гнев угасал. От бумаги взгляд подняла куда более тихая девушка:

— Похоже, она и правда тяжело всё это приняла, Ранма. — сказала жрица, отдавая бумагу обратно соратнику.

Ранма принял лист с ухмылкой:

— Ага, точно. Теперь осталось решить, нужна ли мне вообще мать.

На лице Рей снова вспыхнул гнев, лишь чтобы смениться более сдержанным выражением:

— Ранма, я думаю, ты нужен ей, и... — она поглядела вверх, прямо в глаза своему высокому другу, — Она нужна вам с Аканэ.

— Что ты сказала ей, Рей? Что ты сделала?

— Я поделилась с ней частью своих мыслей. Я рассказала ей, ПОЧЕМУ тебя не было с нами на Земле. — Рей опустила взгляд, делая усилие, чтобы продолжить. Бросив взгляд Ранме в глаза, она закончила: — Последнее, что я ей сказала - «надеюсь, что наши пути больше не пересекутся».

Реакцией Ранмы стали вина и печаль, смешанные с пониманием:

— Я... я, вроде, понимаю, чего ты хотела...

Рей бросила взгляд на бумагу, которую Ранма аккуратно сворачивал:

— Но кажется, твоя мама наконец поняла намёк. Может быть, ты сможешь как-нибудь всё залатать. — она на мгновение задумалась. — Надеюсь, наши с ней пути, всё-таки, пересекутся.

Ранма бережно взял её за руку, и неуверенно пожал:

— Спасибо, Рей. Надо ещё над этим поразмыслить.

— Конечно. Заходи в любое время. — ответила та Ранминой спине. Она гадала, сможет ли Ранма вернуть себе мать... или сможет ли мать вернуть себе Ранму? Из того немногого, что она знала о Нодоке, та выглядела такой же упрямой, как и её сын.

***

Небольшое расстояние между жилищем Рей и Мияги додзё Ранма прошёл пешком. Он не удивился, увидев невесту, ждущую у дверей. И, приближаясь, окликнул её:

— Эй, Аканэ!

— Привет, Ранма. Как прошла встреча? — спросила Аканэ, хмурая от неподдельной заботы.

— Неплохо, Аканэ. Совсем неплохо. Я догадался, кто сегодня поговорил с мамой...

— И кто же?

— Одна из моих друзей... Сэйлор Марс.

— И что будешь делать? Пойдёшь к тётушке Саотоме?

— Не сегодня, но СКОРО — сказал Ранма с лёгкой надеждой.

— Ну и хорошо. — с милой улыбкой ответила Аканэ.

Ранма улыбнулся в ответ, и предложил невесте свою руку. Рука в руке вошли они в дом, где жили в Дзюбане.

***

Макото, Сецуна и Рей собрались у Ами. Её мать работала в больнице, что давало девушкам отличную возможность встречаться без помех. Все четверо сошлись на том, что план Рей был неплох, и приготовились выполнить его.

Ами, как главная на собрании, заговорила первой.:

— Я подумала, нам надо собраться вместе, чтобы утвердить наш выбор фокуса сил. — она повернулась к Макото. — Мако-чан, это скорее всего будет один из твоих спутников. У меня есть однозначное предпочтение, а у тебя?

Макото задумалась. Живя на Земле, она нечасто посещала мир, бывший фокусом её силы. Однако Сэнси Юпитера были глубоко знакомы ощущения от четырёх его главных лун... ледяная Каллисто, каменистый Ганимед, бурная Европа, и огненная Ио. Какую же выбрать? Макото приняла решение, и наконец, высказалась:

— Ну, если бы решала я...

Ами утвердительно качнула головой:

— Так за тобой и решение, Мако-чан. Тебе ведь направлять энергию для создания нового хенсин-жезла.

— Ну, да. Ты права. Я в любом случае думаю, что подобрала подходящую...

Услышав Имя, Ами улыбнулась. Это был и её выбор.

***

«Приготовления к свадьбе - нет, подумать, а?» только и мог думать Ранма, следуя за Аканэ и Касуми от магазина к магазину, пока те готовились обеспечить идеальную свадьбу. Удивительно, сколько хлопот и усилий надо вложить в такую короткую церемонию. Цветы, одежда, украшения для додзё... Столько всего, что и не упомнишь. Похоже, легко было сказать «я люблю тебя», и, чёрт возьми, почти невозможно сказать «Согласен». Но, если вспомнить всё, через что пришлось пройти, чтобы сказать «я люблю тебя» -  ПРАВДА ЛИ это было легко, или так кажется только задним числом?

Дома Набики трудилась чтобы порушить всё, о чём хлопотала её младшая сестра. Она не хотела, чтобы Аканэ застряла в браке, которого не хотели ни Ранма, ни та сама. Им просто нужно немножко свободы, чтобы решить, правда ли они любят друг друга, хотят ли они этого брака.

Всего лишь несколько приглашений тем, кто как-то не попал в список приглашённых, но хорошо знал Ранму и Аканэ... Какая была бы жалость, если бы и ОНИ не показались. Отправляя конверты, Набики самодовольно улыбнулась: свадьба, несомненно, будет очень интересной.

Усталые Ранма и Аканэ вернулись в Дзюбан. Все приготовления были сделаны. Теперь всё, что им оставалось делать - это ждать... и тренироваться.

***

Принцесса Юпитер обозрела редко посещаемый уголок своих владений. Сама планета была как живая, выдыхающая гигантские огненные факелы. Однако её поверхность была пустынной, лишённой всяких признаков жизни, за исключением величайшего в мире геологического спектакля, напоминающего живые приливы и отливы.

Если бы не защита, которую их магия давала правительнице Юпитера и её гостьям, смерть наступила бы в течение секунд. Кроме хозяйки, все остальные девушки были принцессами внутренних планет и луны Терры. Сэйлор Юпитер оглядела ландшафт, разыскивая камень, подходящий для преобразования его в высших целях, и нашла такой - монолитный, тёмно-коричневый, теперь он послужит основой для нового хенсин-жезла. Она кивнула подругам, и те, взявшись за руки, использовали Сэйлор Телепорт, чтобы переместиться в ближайший Замок Ио.

Внутренние Сэнси материализовались рядом с массивным каменным столом, доминировавшим в главном зале Замка Ио. У стола сидели остальные Сэнси, за исключением новой воительницы Сол(1), которая осталась на Земле, в неведении об этих далёких событиях. Плуто сидела во главе стола, изучая пыльный том, через одно её плечо заглядывали Уранус и Нептун, через другое - Сатан.

Юпитер приблизилась к Стражу Времени с камнем, который нашла, по дороге пересекая мозаичные изображения Юпитера, его колец и четырёх крупнейших лун, украшавшие пол. Все глаза сосредоточились на камне, который она несла, единственным звуком в зале был будящий эхо стук высоких сапог Сэнси по полированному камню. Она и её отражение были единственными движущимися деталями этой живой картины.

Плуто подняла взгляд от книги, и внимательно осмотрела принесённый Юпитер камень, затем нарушила молчание:

— Этот экземпляр отлично подойдёт, Принцесса Юпитер. Готова ли ты направить энергию луны для создания хенсин-жезла?

Юпитер остановилась, на её нахмуренном лбу явно отразилось раздумье. Лучше бы это были Рей или Ами - хорошие друзья Ранко. Но Фобос и Деймос слишком маленькие, а у Меркурия вообще нет лун. Так что эта почётная обязанность досталась ей. Скоро появится ещё одна Сэнси, черпающая силу одной из ЕЁ лун. На её лице расцвела гордая улыбка, и она, наконец, ответила:

— Да, готова.

— Отлично, — медленно произнесла Плуто, опуская глаза к книге и ещё раз читая давным-давно уже выученные наизусть слова. — Инструкции вполне подробны. Сосредоточься на силе своей планеты, затем попытайся отделить силу луны.

Сначала камень, а затем и Сэнси начали светиться. Окруживший её яркий свет превратился в огонь и дуги молний, когда она начала направлять энергии луны. Холодное пламя взвилось ещё выше, и Плуто начала напевом читать заклинание из книги, постепенно фиксируя образ молодой женщины, которой предстоит пользоваться этой палочкой...

На следующий день, снова на Земле, Макото разглядывала маленькую палочку, созданную с помощью Сецуны. Она была прозрачно-жёлтой, с красными прожилками, что создавало ощущение замороженного пламени, запертого внутри. Палочка была идеальной и для мира, который представляла, и для воительницы, которой предстоит её носить. Задумчиво убрав палочку, Макото вернулась к приготовлениям. Им с подругами предстоит устроить весьма особую встречу для двоих весьма особых людей. Если всё пройдёт хорошо, число Сэнси раздуется до одиннадцати. Всё должно пройти хорошо.

***

Каждый день для Нодоки был как предыдущий. Каждый был почти как бестелесная жизнь - рабочий день протекал, практически не касаясь её, потом она была дома, предоставленная сама себе. Ожидая приговора или прощения от собственного дитя. Она расстелила в жилой комнате циновку, и каждый день проверяла танто. Она хорошо знала, какие разрезы при сеппуку должна делать женщина, и была готова к тому, что сын даст ей освобождение, в смерти ли, в возрождении ли. (2) Теперь ей было ясно, что сын думал гораздо больше, чем она.

Десять лет планов и надежд. Десять секунд отвержения. Две секунды идиотизма, перепутанного с честью. И теперь она ждала, чем это всё закончится.

Стук в дверь вернул её на землю резко, как удар током. Она надеялась, что это Ранма. Нодока поднялась и пошла к двери, в её душе леденящее предчувствие спорило со слабой надеждой. Она открыла дверь, и увидела трёх... девушек? Аканэ она узнала сразу, Сэйлор Марс она помнила по прошлой встрече, а вот, наконец, девушка, которую она любила как собственного... Ранко... Ранма. Ожидание кончилось. Нодока поклонилась своему дитя:

— Спасибо тебе, что ты вернулся, Ранма. Я молилась чтобы ты закончил мои страдания. Сэйлор Марс и Аканэ, спасибо вам обеим, что показали старухе ошибочность её пути. — она выпрямилась, и увидела три непроницаемых лица.

Три девушки, как одна, ответили формальным поклоном и «Спасибо».

Нодока жестом пригласила их войти, и направила гостий сесть на диван. Она села на колени на циновке, которую приготовила для своего момента истины. Опустив взгляд, взяла меч и передала Ранко, которой предстояло быть её судьёй, и, может быть, кайсяку(3).

Та приняла оружие, сохраняя на лице непроницаемое выражение.

Нодока взяла танто, и держала его перед собой, ожидая, и сосредоточив взгляд на смертоносном оружии.

Через несколько минут абсолютной тишины Ранко заговорила:

— Мам, я долго думал над тем, что произошло несколько дней назад. Хоть я и не хочу судить собственную мать - твоё письмо, типа как, не оставляет мне выбора. Сначала ты приняла решение, не зная всех подробностей... НО, когда узнала, ты изо всех сил старалась всё исправить. Знаешь, батя бы никогда так не поступил. — Ранко изо всех сил старалась сохранять бесстрастное выражение, но поток слёз выдал её истинные чувства. — Пожалуйста, мам, положи этот нож, ты можешь пораниться... Ты можешь ранить Аканэ и меня. — она подождала несколько секунд, прежде чем продолжить: — Я прощаю тебя, я не хочу, чтобы ты умерла из-за дурацкой ошибки, ладно? Мы с батей знаешь, сколько их наделали?

Нодока неуверенно подняла взгляд, и посмотрела в глаза, полные болью, слёзами, и немного - любовью. Слова выходили с трудом, она не привыкла к мысли, что у неё есть будущее, есть завтрашний день. Жизнь с...

— Ранма, — почти прошептала она, замолкнув на несколько ударов сердца чтобы набраться храбрости продолжить. — Спасибо.

Ранко удалось выдавить слабую улыбку:

— Да ладно, не стоит, мам. Ты заслуживала второго шанса.

***

Ранма и Аканэ, держась за руки, появились из станции в Нэриме. Ранма повернулся к девушке, которая всего через несколько дней станет его женой:

— Ну что, Аканэ, вроде мы всё сделали... правильно? После всего этого времени, проведённого в мире Джедайта и за силовыми упражнениями, ты больше даже не противная...

Над головой Аканэ появилось небольшое тёмное облачко.

— РРРРанммааа! И почему это я...

Ранма повернулся к ней, и закончил фразу:

— Аканэ, ты из противной превратилась в прекрасную! — быстро чмокнув её в щёку, жених Аканэ развернулся, и побежал... прямо под поливалку на газоне.

Аканэ потрясённо моргнула в ответ на признание Ранмы, потом разразилась смехом:

— А ты всё ещё миленькая, Ранко... хочешь, будем друзьями?

Ранко, позабыв даже, что он сейчас - мокрая насквозь девушка, ответила невесте:

— Спрашиваешь, Аканэ! С радостью.

Аканэ обняла меньшую девушку одной рукой, заметив, наконец, насколько холодная была вода:

— Пошли домой. Горячая вода тебе сейчас не помешала бы.

— Спасибо, — она развернула Аканэ, и прошептала ей на ухо: — Ты самая грубая, прекрасная, перекачанная, замечательная томбойка на Земле, Аканэ.

— А я никогда не думала, что влюблюсь в такого бесчувственного и милого мачо и извращенца, как ты, Ранма, — прошептала в ответ Аканэ.

Набики потрясённо глядела, как Ранко и Аканэ появились из-за угла, и направились к дому. Каждая держала руку на плече у другой, именно там, где им хотелось бы, чтобы эти руки были. Глядя на двух девушек, она видела лишь улыбки дружбы и любви. На лице Аканэ не было ярости, как не было панического смущения на лице Ранмы. Были лишь двое людей, глубоко небезразличных друг другу. НЕ те двое, которых она стремилась разделить. Шестерёнки в голове средней Тендо закрутились с бешеной скоростью, она пыталась найти способ предотвратить спланированное на послезавтра бедствие. Придумав план, она прищурилась, и сделала шаг из дверей.

— Привет, Аканэ, РАНКО! Я вот гадала, не смогу ли заинтересовать вас небольшой свадебной страховкой?

— Эй, Набики! — Ранко прищурилась, — А с чего это нам вдруг страховка понадобилась, а? Очередную аферу затеваешь?

— Поверь мне, Ранма, всё совсем не так. Давайте завтра пойдём в деловой центр, и я вам помогу оформить свадебную страховку, ладно?

Аканэ впилась в сестру взглядом:

— Ну конечно, Набики! Сколько это будет стоить?

— Нисколько. Правда. — её натянутая улыбка на мгновение соскользнула, и проглянуло слегка виноватое выражение. — Так пойдёте со мной завтра? Это займёт всего пару часов...

— Ладно, Набики! — хором ответили обе девушки, затем поглядели друг на дружку, и рассмеялись.

На лице Набики проступило явное облегчение.

— Отлично! Собираемся завтра рано утром, хорошо?

— Конечно! — Аканэ снова повернулась поглядеть на жениха. — Давай добудем тебе горячей воды, Ранма! — с энтузиазмом предложила она. Затем Аканэ повернулась к дому, и энергично шагая, скрылась внутри, Ранко - за ней по пятам.

***

Их двоих ожидало письмо с прекрасной каллиграфией на конверте, гласившей «Аканэ и Ранме». Аканэ аккуратно распечатала письмо, в результате чего конверт обратился в клочья, а письмо осталось почти целым, лишь немного надорванным. Письмо было просто произведением искусства, каждая буква была выведена с величайшим тщанием. (4а)

Ранма и Аканэ,

Из вас двоих получится чудесная пара, и мы желаем вам всего наилучшего. Чтобы помочь вам начать совместную жизнь, мы приготовили для вас особенный подарок. Пожалуйста, придите завтра вечером к Рей, чтобы забрать его.

Ваш друг,

Ами.

***

Ранма и Аканэ поцеловались после того, как подписали страховой договор, затем направились к двери. Очереди были длинными, и «пара часов» обернулась большей частью дня. Ну, торопиться им сегодня было некуда... кроме как в Дзюбан вечером.

Когда они, наконец, добрались до окошка, Набики повела себя крайне подозрительно. Отвлекающие жесты руками, светская болтовня с девушкой, которая её явно ТЕРПЕТЬ НЕ МОГЛА... Выглядело всё как будто она пыталась им что-то подстроить. К счастью, Ранма и Аканэ были слишком наблюдательными, чтобы позволить ЭТОМУ случиться. У них не было времени хотя бы прочитать документы, но старшая сестра Аканэ уверила их, что всё в порядке.

Наконец, все бумаги были подписаны, и Ранма повернулся к Набики с улыбкой искренней благодарности:

— Спасибо, Набики. Мы с Аканэ правда ценим твою помощь.

— Да не стоит благодарности, Ранма. — Набики огляделась по сторонам, чтобы удостовериться, что никого нет поблизости. — Не хотела этого говорить, но... Вы заслуживаете немножко счастья — с этими словами и взглядом в обе стороны она поспешила прочь.

Ранма устремился было за ней, но Аканэ аккуратно ухватила его:

— Не ходи за ней, Ранма. Ты же знаешь, Набики надо заботиться о своей репутации.

Ранма остановился, как вкопанный, затем ухмыльнулся Аканэ:

— Ты права. Но с её стороны это было так мило. — Он задумался. — Пошли на станцию, съездим в Дзюбан и узнаем, что там Ами за подарок припасла.

— Ну да, Ранма, пошли.

Молодая пара вышла на улицу, спеша к ближайшей станции.

***

Рей заняла наблюдательный пост на холме, с которого была видна улица. Она была рада, что два других обитателя храма отправились вечером «в горы», для медитации... ну, так они сказали. Подошёл автобус, из него выскочили двое весьма знакомых людей. Обернувшись, она подала сигнал, и Ами поспешила к ней от дверей храма. Девушки обменялись широкими улыбками, и постарались держать свой энтузиазм скрытым.

Ами поспешила, чтобы поприветствовать двоих друзей:

— Привет, ребята! Я так рада, что вы смогли прийти.

Ранма улыбнулся подруге:

— В чём проблема, Ами! А почему вы хотите вручить нам подарок сегодня, а не завтра, на свадьбе?

Ами моргнула:

— Потому, что это особый подарок, Ранма. Это всё, что я скажу.

Рей встретила их троих на вершине холма:

— Привет, я рада, что вы смогли прийти!

Аканэ скрестила руки:

— Ладно, зачем вы нас заставили тащиться через весь город?

Из-за дерева раздался голос:

— Потому что это очень особенный дар. Он для вас двоих, но принимать его тебе, Аканэ.

Из-за дерева вышла воительница, которую Аканэ знала очень хорошо. На её лице отразилось удивление, когда она узнала девушку:

— Сэйлор Юпитер! Почему ты здесь?

Та выступала с грациозной неторопливостью, достойной её звания Принцессы Юпитера, и серьёзности ситуации. Остановившись лишь совсем рядом с Аканэ, она поглядела на меньшую девушку взглядом, полным обещания:

— Я пришла, чтобы вручить тебе это. — рука в белой перчатке поднялась, и извлекла что-то прямо из воздуха.

Аканэ выпученными глазами поглядела сначала на Сэнси, затем на прекрасную, ювелирного качества жёлтую палочку с замороженным внутри яростным алым пламенем. Когда она приняла её, восхищение сменилось замешательством:

— Выглядит прекрасно, но что это такое?

Ранма переводил благоговейный взгляд с палочки на Юпитер, которая подмигнула ему. Он знал, что это такое, и не мог поверить, что была ещё одна:

— Н.. н.. но... — к нему на мгновение вернулось былое красноречие.

— Тендо Аканэ, — донеслось от дверей храма. Это говорила величайшая и самая знаменитая из Сэйлор Сэнси, Сэйлор Мун. — Тысячу лет назад одна простолюдинка отдала свою жизнь в защиту королевства, и милостью Ками возродилась... возродился... а, какая разница!.. чтобы в час нужды сослужить службу дочери своей Королевы. Тысячу лет спустя, возрождённые Сэйлор Сэнси оказались обязанными жизнями другой простолюдинке, рисковавшей СВОЕЙ жизнью, чтобы защитить их и их Принцессу пока они готовили атаку. И вот,...

Пронёсся коллективный вдох, когда четверо заметили камень, которого Сэйлор Мун не заметила.

— Я.. — лидер Сэйлор Сэнси грохнулась на землю, выполнила весьма неуклюжий перекат, и поднялась со ссадиной на коленке. — Уйи! Так, на чём я остановилась? А, да... — сквозь её маскирующее поле были заметны боль и слёзы на глазах, пока она продолжала идти и говорить, заметно хромая. — И вот, мы решили предоставить ещё одной простолюдинке место Сэйлор Сэнси. — Постаравшись забыть про боль, и собрав всё величие, на какое была способна, Сэйлормун продолжила: — Тендо Аканэ, согласна ли ты присоединиться к нам в борьбе за Любовь и Справедливость?

Ранма достал свой хенсин-жезл, и держал так, чтобы Аканэ видела.

Аканэ, раззявив рот, пялилась то на палочку жениха, то на свою. Она потеряла было сознание, но Ранма подхватил её, и поддерживал те несколько секунд, что понадобились, чтобы оправиться от потрясения. Что же теперь делать? Она встала на колени перед Принцессой и будущей Королевой, ответив:

— Я, Аканэ из клана Тендо, почту за честь служить Вам как Сэйлор Сэнси.

Яркий камень на груди Сэйлор Мун вспыхнул, испустив луч ослепительного света, на несколько мгновений охватившего Аканэ и палочку, которую та держала, затем как будто впитался в Аканэ и палочку, постепенно угаснув. Сэйлор Мун обернулась к остальным Сэйлор Сэнси и Таксидо Камену, которые приближались со стороны храма:

— Я всё правильно сделала?

Кивок со стороны Сэйлор Плуто вызвал улыбку на её лице, и Сэйлормун повернулась обратно, к своей новой воительнице:

— Поднимись, Тендо Аканэ.

Аканэ встала:

— Ээ.. а что теперь? — спросила она, полностью сбитая с толку.

Женщина в сэйлор-фуку с чёрной юбочкой ответила:

— Подними палочку, и произнеси свои слова превращения, «Ио Люмина Пава, Мейк-Ап!»

Аканэ сглотнула, и высоко воздев палочку, выкрикнула:

— Ио Люмина Пава, Мейк-Ап!

Из палочки словно вырвалось пламя, охватив её. Пока её тело сияло ослепительным светом, она плавала в воздухе, медленно вращаясь, а вокруг неё образовывался новый наряд. Каждая часть наносилась на её тело разрядом молнии: юбочка, сапоги, трико и шейная лента. Молнии свернулись в форму двух бантов, большой спереди и малый сзади. Наконец, энергия собралась в драгоценный камень в центре большого банта. Когда световые эффекты закончились, Сэйлор Ио опустилась на землю, с руками, прижатыми к бёдрам, и стиснутыми кулаками.

Ранма с благоговением глядел на невесту. Сэйлор Ио была одета в белое трико с жёлтыми юбочкой и шейной лентой. Её грудь украшал голубой бант, и такой же на спине. Длинные белые перчатки украшала жёлтая кайма. Наконец, её костюм завершала пара жёлтых, по колено высотой, сапог с плоскими подошвами.

Сэйлор-фуку совершенно не скрывал невероятную мускулатуру, развитую жизнью в мире Джедайта и продолжающимися силовыми упражнениями. Сначала это была Юпитер, затем Уранус, потом Сан. И вот новая девушка приняла звание «сильнейшей Сэйлор Сэнси».

Ранма с трудом оторвал челюсть от пола, пытаясь заговорить:

— Ака... Сэйлор Ио!

Ио повернулась к Ранме, приняв игривую позу: одна рука заведена за голову, другая вытянута к нему:

— Эй, Сэнси!

Ранма смутился:

— А, ну да... — он поднял свой жезл, и через несколько секунд ослепительного света рядом с Ио стояла Сэйлор Сан. Сан обняла большую ростом девушку обеими руками, и поцеловала любимую в губы, вызвав аплодисменты со стороны толпы девушек в коротких юбочках. Единственный всё ещё присутствующий парень тоже хлопал.

Сэйлор Нептун и Сэйлор Уранус сжали друг другу руки. Эта любовь была НЕ СОВСЕМ такой, как их, но... Было ясно, которые Сэйлор Сэнси поженятся первыми, чёрт.

Сэйлор Мун и Таксидо Камен сжали друг другу руки. Эта любовь была НЕ СОВСЕМ такой, как их, но... Было ясно, которые Сэйлор Сэнси поженятся первыми, чёрт.

Прервав поцелуй, двое Сэнси ещё несколько мгновений с любовью глядели друг на друга, затем повернулись к друзьям. Одна за другой, остальные воины превратились обратно, явив новоиспечённой Сэйлор Сэнси свои гражданские облики.

Сэйлор Плуто, Мей-о Сецуна, была женщиной, которую Аканэ никогда раньше не встречала. Она держалась слегка отстранённо, как и Сэйлор Уранус, Тен-о Харука, в которой Ио распознала начинающую автогонщицу. Высокая блондинка была явно влюблена в Сэнси Нептуна, Кай-о Мичиру, довольно известную скрипачку. Новая Сэнси улыбнулась тому, насколько отношения между этими прекрасными женщинами были похожи на то, что было у них с Ранмой... По крайней мере, частично.

Следующей была Сатан, несмотря на свои юность и миниатюрность носившая ЗЛОВЕЩУЮ алебарду, Глейв Безмолвия. В фиолетовом сиянии она превратилась в девочку лет двенадцати, представившуюся, как Томоэ Хотару.

Аканэ заметила, что Хотару встала рядом с Харукой и Мичиру, поглядев на них вверх с улыбкой, затем снова на новую Сэйлор Сэнси. Эти трое выглядели почти как семья... «Отец», защитным жестом обернувшая руку вокруг талии Мичиру, Мать, чьи руки покоились на плечах Хотару, и Дитя. Аканэ вздохнула в предвкушении того дня, когда они с Ранмой смогут завести собственных детей.

Услышав вздох Ио, Мичиру улыбнулась ей. Молодая женщина знала, что придёт день и для Аканэ и Ранмы. Не надо даже Плуто на этот счёт беспокоить.

Теперь превратилась ещё одна пара. Аканэ подавила вздох, когда Сэйлор Мун стала Цукино Усаги - бездонной ямой для мороженого, плаксой, прогульщицей, неуклюжей донельзя... Сэйлор Ио с улыбкой вспомнила кульбит Сэйлор Мун несколько минут назад. Позади той Таксидо Камен стал симпатичным молодым человеком студенческого возраста... Чибой Мамору. Аканэ заметила, Что Мамору и Усаги были совсем как они с Ранмой... По крайней мере, частично.

Следующей Сэйлор Венера превратилась в атлетичную Айно Минако, а Сэйлор Юпитер - в Кино Макото. Обе были хорошо знакомы Аканэ. Минако великолепно играла в волейбол, а Макото отлично умела работать кулаками - и не стеснялась их использовать. Аканэ пришлось признать особые чувства родства, связывавшие её с Кино. Они не только обе любили подраться, но Макото потеряла ОБОИХ родителей. Если бы только Аканэ умела готовить так, как Макото... Спасибо Ками за компенсацию.

Теперь Ио отлично догадывалась, кто две последние Сэнси. Сэйлор Марс стала Хино Рей, в конце концов, они же были в её храме! Наконец, Сэйлор Меркури стала её хорошей подругой и наставницей Ранмы, Мизуно Ами. Аканэ гадала, что Ами думает о своём наряде Сэнси, хотя и смотрелась в нём просто здорово. Новая Сэнси надеялась, что она, в своём собственном, не выглядит слишком толстой.

Наконец лишь Ио и Сан остались в обличье Сэнси. Сан заговорила первой, даже не замечая, что по её лицу текут слёзы:

— Чёрт, не знаю что и сказать. Но не думаю, что хоть один из завтрашних подарков сможет сравниться с этим... — она поглядела на Ио, — Может, нам СТОИТ перевестись в дзюбанскую школу насовсем.

Ио лишь потрясла головой, всё ещё не веря:

— Я не знаю, как... это всё словно сон, словно мечта, мечта каждой девушки... Спасибо, всем вам спасибо.

Сан встала на цыпочки и прошептала что-то Ио на ухо, вызвав у той широкую улыбку и утвердительный кивок. Рыжая Сэнси повернулась к друзьям:

— Мы с Сэйлор Ио отправляемся в ночную прогулку по крышам Токио. До завтра!

Ответом ей стало хоровое прощание, и два огненных росчерка унеслись вдоль по улице.

Рей повернулась к Макото:

— Спасибо, Мако-чан.

Макото вздохнула и слегка покраснела:

— Это так романтично. Когда-нибудь я тоже найду кого-нибудь, кто...

— Выглядит как твой бывший семпай, — закончили за неё все присутствующие, прежде чем разойтись по своим делам.

* * *

Две Сэйлор Сэнси стояли, озирая Токио, каждая одной рукой обнимала другую за талию. Не зная, на каком здании в конце концов остановились после захватывающей ночной гонки по крышам, они просто впитывали великолепный вид. Огни и знаки мигали, как это бывает в одном только районе Токио, известном, как Гинза. Их внимание привлекло сияние, разгорающееся на восточном горизонте. Серый предрассветный свет слегка приглушал сияние неоновых огней, но вот, наконец, тонкие лезвия света провозгласили начало нового дня, ИХ дня.

Сэйлор Ио выглядела слегка сонной, но её глаза всё ещё блестели от восторга:

— Мы что, ВСЮ НОЧЬ пробегали? А как же свадьба?

— Не боись, Ио-чан. Она же... ЗАВТРА... ээ... сегодня? Пошли скорей!

Два огненных росчерка понеслись по крышам Токио, ярко вспыхнув в районе Нэрима, недалеко от Тендо додзё. Превратившись обратно, Ранма и Аканэ поплелись в дом.

***

Ранма рассеянно гадал, не умеет ли Сэйлор Сатан «лечить» усталость. Всё-таки, несколько часов в запасе было. Он поспит только пару...

— СЫН! ЧТО ЭТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ, А? — вопль отца и тряска за плечо резко разбудили его. — Ты сегодня жениться должен, а не дрыхнуть!

— Да ладно... Ладно. Щас соберусь. — Хоть Ранма и прилёг совсем ненадолго, но, всё-таки, немного освежился. Быстро помывшись, он приготовился приготовиться - как он понимал, это не займёт много времени.

Это и не заняло много времени - Соун с Генмой почти что сорвали с него одежду, одев вместо неё белый смокинг. «Эй, а эта свадьба не так страшна, как казалось! Посмотрю-ка я, как там Аканэ...»

Ранма подошёл к двери комнаты Аканэ, и постучал.

Изнутри донеслось приглушённое «Кто там?»

Ранма повернул ручку, и медленно открыл дверь:

— Эй, Аканэ, лучше потора... — дар речи покинул его при виде открывшегося вида. — Аканэ, ты такая красивая, — сказал Ранма, густо краснея. Она выглядела очаровательно в красивом западном свадебном платье. Кружева, атлас и цветы, соединившись подняли красоту Аканэ до непереносимых для Ранмы высот.

— Спасибо, Ранма. — ответила Аканэ. Почему-то она не могла поглядеть своему будущему мужу в глаза, несмотря на всё, через что они прошли. Сегодня она была невестой, и собиралась сделать всё возможное, чтобы вести себя как невеста.

— Ну, пока, Аканэ. — Ранма развернулся, и ушёл.

Аканэ поделилась улыбкой с зеркалом. После переезда в Дзюбан, после смены безумия Нэримы на безумие другого района, их жизни изменились. Она гадала, насколько иным был бы сегодняшний этот день, если бы отцы не сговорились отправить их подальше от Нэримских проблем. Что, если бы Ранма не тренировал её в Искусстве как равную? Что, если бы Ранма не стал Сэйлор Сан и бросился спасать её? Что, если бы они не провели самый насыщенный и невообразимый месяц вместе, на планете, кишащей демонами? Что, если бы она не разделала под орех ту женщину-птицу, которая пыталась вломиться в её спальню после их возвращения?(4б) Что, если...

В дверь постучали:

— Аканэ, пожалуйста спускайся.

— Спасибо, Касуми! — Аканэ последовала за сестрой. Сегодня они скрепят то, что началось так давно, в этом самом додзё. Она сделает шаг дальше дружбы с единственным человеком, с которым хотела бы провести всю свою жизнь... Она выходит замуж... А он... он женится на ней.

***

Соун прятал от алчных глаз то, что выглядело как бочонок саке. Однако, он не смог скрыться от самых алчных глаз в семье Тендо.

— Так что, папочка, бережёшь эту штуку для большой попойки, которую вы с «дядюшкой» Саотоме устроите после свадьбы? спросила его средняя дочь.

— Ну, гид из Дзюсенкё прислал только на одного, так что я хотел сохранить для Ранмы... Но только после свадьбы.

— Значит, ты решил поработать шантажистом, а? — с ухмылкой осведомилась Набики.

Соун кинул взгляд в обе стороны, чтобы убедиться, что разговор не достигнет нежелательных ушей:

— Нет, Набики, ничего такого. Я специально даже не говорил ему ничего. Просто хочу убедиться, что он это получит.. после свадьбы.

— Ну и ладно, называй это как хочешь. — с лёгкой улыбкой сказала Набики.

В комнате раздался новый голос:

— Тендо-кун, но почему?

— Что, Саотоме-кун?

— Как ты мог прятать его от меня? Я ещё понимаю насчёт парня, но от МЕНЯ? — его лицо затвердело в решимости. — Я присмотрю за ним, то есть, заберу его! — схватив бочонок, он убежал... или, по крайней мере, начал убегать. Взорвавшаяся стена тут же остановила его, вышибив драгоценный бочонок из рук.

— Это Тендо додзё? — спросил сбитый с толка Рёга. Его глаза расширились от удивления, когда он увидел летящий по воздуху бочонок, затем он понял, что это. (не без помощи большого ярлыка «Нанницюань», прикреплённого к ёмкости)

— Нанницюань! — радостно воскликнул Рёга. Возможно, он сможет стать настоящим мужчиной для Акари...

Ранма вошёл в додзё, и услышал слово, при звуке которого несколько месяцев назад был бы на седьмом небе от счастья. Нанницюань, шанс исцеления... Но как же Сэйлор Сэнси? Как же Сэйлор Сан и Ио? Сработает ли хенсин-жезл, если излечить проклятье? Хочет ли он ещё излечиться?

Ранма посмотрел на бочонок с мрачным предчувствием и здоровой дозой ужаса. Он повернулся к Аканэ, которая как раз вошла в зал:

— Нужно мне исцеление? Аканэ, ты хочешь, чтобы я исцелился?

Аканэ встала, как вкопанная... надо было подумать над этим. Сейчас не время для спешных ответов. На её лице расцвела небольшая улыбка, когда сердце подсказало ей, что ответить. Будущая невеста сделала отрицательный жест головой:

— Я скажу, Ранма: я выйду за тебя... за такого, как ты есть... я уверена, он не пропадёт, ещё кому-нибудь достанется.

Краем глаз Ранма заметил очередь предметов, летящих в его сторону. Он быстро отпрыгнул, увернувшись от них, и шлёпнулся на пол.

— Взрывающаяся еда Шампу мимо Аканэ!

Укё выглядела разочарованной, её подарок для Ранмы пролетел мимо:

— У меня ещё много моих ОСОБЫХ окономияки, и всё для тебя, Ран-чан!

Высокий светловолосый молодой человек в костюме и элегантно одетая молодая женщина с изумрудными волосами схватили Шампу и прижали к стене. Молодой человек с нотками нетипичного для него гнева произнёс:

— Я слышал, Аканэ победила тебя в дуэли за руку Ранмы. Твоё бесчестное поведение бросает тень на имя твоего племени!

— Муж не говорил Шампу не любить Шампу. Драчливая-девка может побить Шампу, но муж всё равно любит. — её лицо потемнело. — Драчлива-девка не получала поцелуй смерти от Шампу. Шампу целовать.

Слегка увеличив давление, Харука продолжила:

— Давай-ка закончим этот разговор когда они поженятся, хорошо?

Мичиру согласно кивнула.

Две девушки в официальных платьях взяли Укё в клещи. У той, что повыше, были каштановые волосы, собранные в конский хвост, у той, что пониже - длинные, свободно свисающие чёрные волосы с красноватым отливом. Та, что пониже, заговорила первой:

— Я думала, у Ранмы с тобой уговор... Я думала, он тебе друг!

Та, что повыше, добавила от себя, пока они прижимали Укё к стене:

— Ранма и Аканэ любят друг друга. Неужели любовь для тебя ничего не значит?

Восклицание «Укё-сама!» пронзило воздух у них за спиной.

В это же время молодая женщина в чёрном, вычурном свадебном платье склонилась возле Ранмы:

— Ранма-сама! Ты цел?

Ранма прыжком вскочил на ноги, когда самурайский меч рассёк то место, где он лежал секунду назад. Уворачиваясь и от меча и от Кодачи, он обернулся посмотреть, кто на него нападает. Противник выкрикнул свой приговор:

— Во имя всех богов, эта свадьба есть святотатство! Я запрещаю её!

— Куно, отвали! — Ранма сделал в сторону кендоиста мощный выпад, но споткнулся о ведро воды. Вода в жизни Ранмы имела тенденцию всегда появляться в самые неподходящие моменты... Как, например, сейчас.

Лицо Куно преобразилось так же быстро, как и Ранма:

— Возлюбленная моя девушка с косичкой, ты видение в белом! Сыграем нашу свадьбу немедля!

— Да ну, Куно? Может, пока на этом остановимся? — спросила Ранко, выразив свою любовь к Куно привычным ей способом: кулаками. Скоро Куно лежал в отключке, прямо в луже воды. Холодная жидкость ускорит его возвращение в строй, но пока что он был без сознания.

В задней части додзё Аканэ повернулась к самодовольной Набики:

— Это ведь ты разослала все эти... дополнительные... приглашения, да? — с силой вдохнула Аканэ. Ей надо держать гнев внутри, выпуская понемножку. Ей не надо калечить старшую сестру.

Набики ответила кошачьей ухмылкой:

— Может, и я, — почти промурлыкала она. — Погляди, сколько денег это принесло!

— Как мило с твоей стороны, вспомнить всех друзей, которых Ранма и Аканэ забыли пригласить! — просияла Касуми.

— Мило - НЕ ТО слово! — ответила Аканэ в ярости, направляясь прочь от них.

Битва за Нанницюань продолжалась, ни Мус, ни Рёга, ни Генма не собирались сдаваться. Бочонок, словно жил своей жизнью, вылетел из их рук, и с треском открылся, угрожая расплескать драгоценную жидкость на пол, или на Ранму, которая имела несчастье, увернувшись от любящих объятий Куно, оказаться точно на его пути.

Ранма глядела в ужасе, точно зачарованная. Исцеление, несколько месяцев назад бывшее её мечтой, превратилось в кошмар. Сглотнув, девушка приготовилась увернуться от стремительно приближающегося бочонка. Всё, что она сделала как Сэйлор Сан, пролетело у неё перед глазами. Всё, что они с Аканэ могли сделать как Сэйлор Сэнси, могло быть сейчас смыто.

Нодока глядела в ужасе. Её сын наконец пришёл в согласие со своей двойной природой, и добился большего, чем она когда-либо мечтала. Возможно, есть одна вещь, которую она ещё может сделать для Ранмы. Отбросив этикет и манеры, она бросилась на перехват «исцеления». Будущее Ранмы и Аканэ было не таким, как Нодока мечтала, но она не позволит отнять его у них. Она была матерью Ранмы невзирая на его пол.

Из-за спины у матери и сына разнёсся вопль «Саке!». Небольшой силуэт мелькнул мимо Ранмы и летящей в броске Нодоки, опустошив бочонок одним глотком.

— Что? СОУН! Что это значит? Просто вода?! — возмутился Хаппосай, грохнув пустой бочонок об пол.

Ранко боец всё ещё была в шоке. После свадьбы они с Аканэ собирались рассказать Соуну о своём настоящем отношении к её... проблеме. Первый раз в своей жизни ей почти захотелось поблагодарить старого развратника. Она увидела, как мать пролетела перед ней, и жёстко рухнула на пол. Неожиданное понимание того, насколько мать любила её, боролось в ней с беспокойством, не пострадала ли та. Ранко склонилась к ней:

— Мам, нафига было это делать? — но Ранма уже знала ответ... Мать любила её.

Тем временем, трое соперников схватили Хаппосая. Как они ни старались, Мусу Генме и Рёге так и не удалось вытрясти из старого развратника ни капли драгоценной жидкости. Даже разжимание его рта над подставленной воронкой оказалось бесплодным.

Аканэ была почти сама не своя, в тенях в углу додзё. Это был их особый день. КАК Набики могла так поступить с Ранмой и собственной сестрой?

Потом Хаппосай вырвался, и с воплем «Хаппо Дайкарин!» исчез, оставив после себя бомбу. Конечно же, бомба приземлилась точно там, где Ранко сидела на коленях, пытаясь привести мать в чувство. Бомба взорвалась, оставив девушку лежать без сознания поперёк женщины, лежащей без сознания. Ами и Хотару бросились им на помощь.

Девушка с косичкой выбыла из игры, и Куно обратил своё внимание к другой своей любви. Прекрасная Аканэ стояла в стороне от суеты, в углу додзё, размышляя о своей любви к нему. Похоже, она использовала девушку с косичкой как фокус своих раздумий, уже вызвавших слёзы любви в её глазах. Он подошёл к ней, и выполнил свой самый вежливый поклон:

— Видится мне, сегодня - наш день, Тендо Аканэ. Сегодня мы должны обвенчаться.

Аканэ, оторванная от размышлений о материнской любви и своём павшем женихе, ответила:

— Моко Такбиша!.

Лишённый сознания Куно был вбит в пол.

— Отлично, Аканэ!" Ты воистину подходящая невеста для мастера... Выходи за меня! — прокричал Хаппосай, вцепляясь в подол её свадебного платья.

Аканэ поглядела вниз на него с выражением чистой ненависти:

— Придурок! Ты РАНИЛ моего жениха и его мать! Да как ты ВООБЩЕ мог подумать, что у меня может быть к тебе хоть капля любви? — спросила она, в спешке к Ранме волоча Хаппосая за собой, и даже не потрудившись стряхнуть его, пока он сантиметр за сантиметром подбирался к её груди. Отпихнув Кодачи с дороги, Аканэ встала на колени рядом с павшим любимым. Ами и Хотару сосредоточились на Нодоке, а рыдающая Аканэ баюкала в своих руках голову Ранмы.

Касуми прокомментировала развернувшийся перед ней дикий хаос:

— Какая захватывающая свадьба!

(5)

***

Ранма очнулся, ощущая у себя на лбу две маленьких руки, всё ещё испускающие тепло, наполнившее всё его тело.

— Хо... Хотару? — спросил он.

— Да, Ранма. Я рада, что тебе лучше, — с улыбкой ответила девочка, убирая руки.

Ранма сел и увидел сияющую Аканэ рядом с самодовольной Набики.

— Аканэ, ты чего так радуешься? Наша свадьба ж ведь... ээ... типа как, накрылась.

— Ранма, Набики только что объяснила всё насчёт страховки... Те бумаги, что мы вчера подписали... это был наш брачный договор. — Она плюхнулась рядом, и обняла Ранму. — Мы женаты уже со вчерашнего дня.

Ранма пару раз моргнул, затем притянул лицо Аканэ поближе, чтобы поцеловать свою жену.

Ожидая, пока Ранма придёт в себя, Ами развлекалась со своим портативным компьютером. Она нашла кое-какую информацию, которая, несомненно, будет интересна молодожёнам. Похоже, определённая орбитальная станция времён Серебряного Царства всё ещё была на орбите. Возможно, там они смогут хоть на время скрыться ото всего этого хаоса.

***

Даже в миллионе километров от его поверхности Солнце горячее, ОЧЕНЬ горячее. Почти бесконечно малый перед лицом звезды в центре Солнечной системы, крохотный пузырёк из хрусталя и металла вращался по орбите вокруг пылающей ядерной топки. Только благодаря могущественной магии мог он существовать, как существовал уже тысячелетие. Первый раз за почти тысячу лет шаги Сэйлор Сэнси раздавались в его узких коридорах. Второй раз за тысячу лет станция была обитаема.

Сан оторвала взгляд от книги, которую изучала, и увидела, что жена подняла взгляд от тома, который ТА изучала. Молодые женщины обменялись улыбками. В книгах, которые они изучали, содержалась, в основном, техническая информация, собранная женщиной, которая стала Сэйлор Сан после многих лет, проведённых здесь. Но их раскопки пока не дали никакой информации о самой женщине, построившей станцию, лишь её наследство. Они знали её труды, но не ЕЁ.

Обе женщины были в своих костюмах Сэнси, потому что нормальный человек не выжил бы здесь больше нескольких минут. Температура была комфортной, и свежего воздуха - в изобилии, но радиация на таком расстоянии от Сол быстро убила бы человека, хотя и была не страшна для Сэйлор Сэнси. Псевдонимы были здесь не нужны, поэтому Сэйлор Сан была Ранмой, а Ио была Аканэ.

Медовый месяц был не похож ни на что, что они ожидали, но что было в их жизнях? Прежде, чем телепортироваться обратно на Меркурий по пути на Землю, Плутон и остальные Сэнси сказали, что вернутся через четыре дня. Ранма поглядела через плечо на их «романтический» номер для новобрачных... две раскладушки, небольшой ящик для льда, и ящик консервов.

Нарушив молчание, Аканэ заговорила:

— Ранма, ты хоть ЧТО-НИБУДЬ помнишь об этом месте?

На лице Ранмы отразилось озабоченное раздумье:

— Трудно сказать. Настоящих воспоминаний у меня об этом месте нет, просто чувство правильности. Типа, как ката нашей школы - удобно и привычно.

Аканэ задумалась, словно переваривая сказанное только что супругом:

— Ну, почему бы тебе не попробовать слегка расслабиться, и просто позволь инстинктам вести себя... как в знакомом ката. Может, что вспомнишь.

Ранма несколько минут сосредотачивалась, но так и не добилась ничего, кроме чувства уюта, которое у неё было с тех пор, как они появились здесь.

— Почему у меня не получается? — разочарованно задала она риторический вопрос.

— Ранма но бака! Я сказала расслабься, позволь инстинктам вести себя. Когда ты сосредотачиваешься, то только всё усложняешь.

Рыжая Сэнси улыбнулась жене:

— А, понял. Хорошая идея, Аканэ! — Ранма попыталась расслабиться, и очистить разум, чтобы удалось сосредоточиться на обрывках воспоминаний, которыми она владела. Это было всё равно, что пытаться восстановить дом по пригоршне опилок. Её взгляд всё время притягивала витиеватая металлическая фигура на книжной полке. Фигура изображала летящую птицу, на металлическом основании. Она была выполнена изумительно детально, и выглядела почти как живая, хотя и была из того же полированного, цвета меди, металла, что и вся остальная станция. Ранма вдруг поняла, что эта птица очень важная. Встав, она подошла к фигуре, и начала осторожно ощупывать её, пытаясь понять, вызовет ли это какие-нибудь воспоминания.

Продолжая эти попытки, она начала почти инстинктивную последовательность движений руками, передвигая птицу так, словно та исполняла сложный полёт над полкой. Раздались треск и надсадный вой, когда простаивавший сотни лет механизм с натугой вернулся к жизни.

С почти неслышным щелчком сразу слева от шкафа приоткрылась дверь, но лишь на несколько миллиметров. Механизм продолжал надсадно выть ещё несколько секунд, затем остановился. Ранма, с взволнованной Аканэ по пятам, подошла к замершей панели.

— Посмотрим-ка что будет, если применить немного мускульной силы! — сказала Ранма, взявшись за дверь. Рывки, потение и пыхтение так и не помогли её приподнять. Дверь осталась закрытой.

Аканэ обещающе потёрла руки:

— Так, немного мускульной силы не помогло, давай-ка попробуем много... На счёт три. Раз... Два... Три! — Аканэ с Ранмой вложили все силы в рывок. Дверь распахнулась с треском, подобным ружейному выстрелу, открыв спиральную лестницу, уходящую вниз. Аканэ повернулась к мужу:

— Ну, это - твой дом... Тебе и вести.

— Спасибо, Аканэ! — ответила Ранма, возбуждённо ссыпаясь по лестнице, супруга - следом, лишь чуточку осторожнее.

***

Лестница привела в кабинет с вычурной дверью в одной стене. На прекрасном каменном столе шестиугольником стояли хрустальные сферы, внутри каждой - тонкий механизм. Когда Ранма уставилась на сферы, внутри каждой закружились крохотные шестерёнки. В одно мгновение над очерчивавшими его основание сферами сформировался цилиндр света. Возникло трёхмерное изображение женщины, которая начала говорить на ломаном японском.

— Приветствую, Сэйлор Сан, — сказала женщина, глубоко поклонившись. Видение имело большое сходство с матерью Ранмы Нодокой, только волосы были длиннее. На её лице явственно читались годы нелёгкой жизни. Несколько маленьких морщинок и лёгкая седина в волосах говорили, что ей за тридцать. Однако, несмотря на годы, её красота была не потускневшей. Одеяние древней Сэйлор Сан было такое же, как у нынешней, от металлического обруча на голове, до красных сапог. Длинные красновато-коричневые волосы свободно ниспадали из-под её обруча до самого пояса. — Я знаю не, когда приветствую тебя, только, что это в будущем. Сегодня я идти с авангардом нашего флота, чтобы встретить Тёмное Королевство лицом к лицу. Я не вернусь живой. — она на несколько мгновений стиснула кулаки, собираясь с силами, чтобы продолжить.

— Когда говорю я с тобой? Неделю спустя, поколение, или сто поколений? Что я говорю с тобой вообще, означает, что у Солнца наконец есть Сэйлор Сэнси, — она не смогла сдержать гордую улыбку прежде, чем продолжить. — Я приглашаю тебя посетить соседнюю комнату, моя... дочь. Там ты найдёшь мои личные дневники, и автобиографию. Хоть я никогда не увижу тебя, знай: я очень горжусь тобой. — изображение замерцало и угасло, крохотные шестерёнки остановились.

Ранма была оглушена, нахлынувшие чувства лишили её дара речи. Заметив переживания любимого, Аканэ обняла Ранму обеими руками за талию, давая мужу знать, что она здесь, что беспокоится. Наконец, Аканэ заговорила:

— Ранма, с тобой всё в порядке?

Ранма слегка всхлипнула:

— Ага, Аканэ. Я в порядке. Давай пойдём в её комнату, взглянем на эти книги. Я правда хочу знать, какой она... я... была.

Аканэ поцеловала меньшую девушку в лоб:

— И я тоже хочу.

За дверью оказалась спальня с прекрасной кроватью, столом и книжным шкафом. На столе стоял ящик, наполненный песком, примерно полметра на полметра, в его центре замерла хищная птица, окружённая кружением жёлтых волн магии. Ранма обнаружила, что её притягивает к этому, как магнитом. Подойдя к ящику, она неуверенно потянулась рукой к магическому барьеру. Сначала лишь коснулась, не почувствовав ничего. Собравшись с духом, она просунула руку сквозь барьер, и тот беззвучно угас. На голове птицы вспыхнул узор из солнечных лучей, и она ожила.

Чизуко надеялась, что Энгвин... то есть, Сэйлор Сан, уже закончила со своим заклинанием. Та сказала ей закрыть глаза, но птица начинала терять терпение. Распахнув глаза, она, сама не зная того, оказалась на тысячу лет в будущем. Девушка выглядела достаточно похожей на Энгвин, чтобы быть её дочерью... Могла ли? Похоже, заклинание сработало, пора это выяснить.

— Привет? Сэйлор Сан? — спросила она с поклоном, обычно предназначавшимся только для хозяйки.

Ранма в своей недолгой жизни повидала многое, но говорящая соколица несомненно была в коротком списке самого удивительного.

— Ну да, я - Сэйлор Сан, а ты кто?

— Я - твоя советница Чизуко!, кто же ещё! — слегка склонив голову набок, соколица обернулась к Аканэ. — А кто ты, юная Сэнси?

Аканэ, прежде чем ответить, сделала несколько неуверенных шагов вперёд.

— Я - Сэйлор Ио.

— Сэйлор Ио? Что это за планета?

Аканэ гордо улыбнулась:

— Ио - одна из больших лун Юпитера, и я - её Сэнси.

— Так ты - подруга Сэйлор Сан?

Аканэ слегка покраснела.

— На самом деле, я - её... его жена.

Соколица моргнула, и переспросила:

— Прости, ты сказала - жена?..

— Ну да, она сказала - жена... но мы не можем расхаживать здесь без защиты, которую нам даёт магия Сэнси.

Птица распахнула крылья, и перелетела на прикроватный столик.

— Хммм... похоже, радиационные щиты отключились, так что, полагаю, вы правы. Дайте-ка я осмотрю станцию, а вас, девушки, пока оставлю одних. — птица вылетела через дверь, приглушённое «муж и жена?» и покачивание головой не остались незамеченными двумя Сэйлор Сэнси.

Сэйлор Сан и Ио улыбнулись друг другу, затем сели, чтобы попытаться наконец узнать получше о первой Сэйлор Сан.

Той ночью они вместе лежали в кровати Энгвин. Им приходилось оставаться полностью одетыми, потому что они ВСЕ ЕЩЁ были во враждебной среде, но это всё равно было чудесно.

***

Неделю спустя Ранма и Аканэ устраивались в Мияги додзё. Молодожёны убедили мастера позволить им остаться, пока не закончат школу, в качестве инструкторов и учеников. Мияги был только рад сделать им это одолжение.

Ранма поднырнул под летящую в него ногу Аканэ:

— Давай, Аканэ, ты же можешь лучше... — мощный удар под рёбра быстро оборвал эту дразнилку.

— Да, могу! Видишь? — с улыбкой ответила Аканэ.

— Да? А это видишь? — спросил Ранма, быстрым движением сметя её на пол, затем протянул руку, чтобы помочь встать. — Хватит на сегодня, не думаешь, Аканэ-чан? — Ранма всегда любил заканчивать так, чтобы последний удар оставался за ним...

— Ладно, Ранма. — Она медленно покачала головой. — Я, уу, МЫ... могли бы найти хорошее применение чудесной... горячей... — её прервало жужжание небольшого браслета, какие они оба носили.

Услышав звук, Чизуко скользнула в комнату, молниеносно оказавшись у Ранмы на плече:

— Интересно, что на этот раз?

— И мне тоже. — добавила Аканэ.

— Давай, пошли, Аканэ-чан! — закончил Ранма, улыбнувшись жене.

Скоро две Сэйлор Сэнси неслись по крышам Токио, а их советница парила над ними в вышине. Все трое были готовы, готовы драться за свою Королеву, любовь, справедливость, и за их миры - будь это Земля, Ио или Солнце.

~~ Конец? ~~
Ага, как же! - прим. пер.

ПОСЛЕСЛОВИЕ АВТОРА:

В первую очередь я должен поблагодарить Fire - за его чудесную историю, Сэйлор Ранко.

Я прочитал Сэйлор Ранко на этой странице...

http://www.users.fl.net.au/~fire/

Сама история на:

http://www.users.fl.net.au/~fire/one_shot/s_ranko.txt

Я был поражён его мастерством в овладении образами - и Ранмы, и Аканэ, но я чувствовал, что к истории можно немножко добавить, так что создал вот это. Первые 10 килобайт были написаны за неделю-другую, потом у меня месяца три не было вдохновения. Потом я, наконец, понял, как закончить историю, и сделал это, примерно за неделю в виде первого черновика. Конечно, шлифовка заняла ещё несколько недель.

Спасибо моим пре-ридерам: Fire (естественно), William Dix, Louis-Philippe

Giroux, Mike Koos, Nicholas Leifker, Isaac Marchionna, Bryan Neef,

Andrew Norris, и Chad Walker. За любые оставшиеся ошибки вина моя, не их! Если я кого-нибудь забыл - пожалуйста, дайте мне знать...

Дополнительная критика приветствуется, публичная или в привате!

Спасибо за ваше время, и надеюсь, история доставила вам удовольствие.

Кевин Д. Хаммель

28 Июня 1999

ПРИМЕЧАНИЯ ПЕРЕВОДЧИКА:

 №1: Сол (лат. Sol) - Солнце. Заметьте: хотя по английски "Солнце" = "Sun", но "Cолнечная система" = "Solar System"


 №2: Надеюсь, все помнят?.. Делающий харакири выпускает себе кишки, а после этого поверенное лицо отрубает ему голову, чтобы долго не мучался. Для чего, собственно, Нодока всё время и таскала с собой фамильный меч.


 №3: В оригинале «second", т.е. "помощник", "секундант". Подробность я выловил из перевода манги, ведшегося командой "Ранма-Русский проект". Кайсяку - тот, кто отрубает голову совершившему сеппуку.


 №4а: Не пинайте меня, в русских переводах уже были прецеденты, когда не только знаки каны, но и кандзи называли буквами. Да если задуматься, что это ещё, как не..? Подумаешь, алфавит в пять тыщ букв...

 

 

 №4б: Сдаётся мне - это была Кима с горы Феникс, правая рука Шафрана...

 

 

 №5: Для тех, кто не читал последний, 38 том манги: сцена порушенной свадьбы здесь повторяет события оттуда почти что один в один... За некоторыми исключениями, конечно: в манге Нодока не бросалась на перехват Нанничуана, и там не было Харуки, Мичиру, Макото и Рей, чтобы перехватить Укё и Шампу...



Следующий роман}